РУССКИЙ    |    ENGLISH
Художественная культура


Электронное периодическое рецензируемое научное издание ISSN: 2226-0072

Сквозное действие в эфире современности

Альманах «Наука телевидения. Выпуск 9» представляет целый спектр очень разных подходов как к телевидению, так и к другим явлениям массмедийного пространства. Если составить перечень наиболее актуальных, «ключевых» слов данного сборника, то получится довольно парадоксальный ряд: медиация, уровень модерности, стили жизни (именно во множественном числе), эйджизм, сексизм, клиппинг, контент, мультимедийность, поколение «бебибумеров», фрактальность, медиасценарий, археология медиа, брендинг, отзеркаливание. Самые неактуальные слова телепрограмма, телепередача, телеведущий.

Повествование, делящееся на отдельные статьи, принципиально дискретно и высоко индивидуально по методологии, выбору темы и стилистике ее подачи. Нечто противоположное академическим «коллективным трудам» с их унифицированным стилем изложения и подходом к предмету изучения. Особенно интересно, когда в таком собрании индивидульных взглядов и концепций начанают прослеживаться непроизвольные коннотации, рождается своего рода имперсональная общность научных выводов.

Первый раздел называется «Социально-культурные аспекты в жизни домашних экранов». В нем собраны статьи, анализирующие большие культурные и общественные процессы. Телевидение осмыслено как один из главных узлов в этих процессах, которые, что важно, начинаются и завершаются отнюдь не в отдельном телеприемнике и даже не на телевидении как таковом. Открывает раздел статья Ольги Жуковой «Формирующие Медиа: границы свободы в информационной культуре», отсылающая нас к глобальной проблеме России – «отсутствию согласования двух типов ценностей, метафизических и инструментальных». Телевидение расценивается как инструмент официальной культуры, интерпретируется в контексте архетипа власти в нашей стране. Данный подход сразу погружает в гражданскую проблематику и указывает на то, что конечной целью размышлений всего альманаха является не только само телевидение, но и современное общество, сосуществующее с ним и отражающееся в нем. А это, на мой взгляд, значительно расширяет потенциальный круг читателей «Науки телевидения…» Меньше всего здесь узкого «телеведения». Доминируют культурологические и социологические подходы.

Статья Генриэтты Гамалея «Культурные универсалии на пространстве отечественного телевидения» во многом продолжает линию, заявленную Ольгой Жуковой, и строится как критический обзор телеконтента в ракурсе гражданского восприятия. Сегодняшнее общество названо в финале статьи «обществом тривиальных наслаждений». Самые тривиальные предоставляет именно телевидение.

Тривиальное – банальное, многократно повторяющееся, затертое и неизбежно воспроизводящееся снова и снова. Вопрос – как долго? Феномен тривиальности побуждает углубиться в толщу времен и увидеть, сколь сегодняшнее ТВ привержено к архаическим культурным формам. Со статьей Генриэтты Гамалея отчасти рифмуется эссе Елены Петрушанской «В поисках обретенного времени телекультурного календаря», расположенное во втором разделе «Экранная жизнь: культурологические зарисовки». Петрушанская обращается к феномену телепраздника, приглашает заметить внутри телесетки «сезонные телевизионные празднества с концертно-славильным наполнением», в том числе «зимние сатурналии “празднеств на льду” или “масленнично-карнавальные” свойства внеформатного телешоу “Призрак оперы”». Автор пишет не без иронии, однако и без утрировки объективной телекартины, убедительно выявляя многообразие проявлений «древней календарной обрядовости».

Сходные выводы об архаичности современного сознания делает Татьяна Шеметова, исследуя сегодняшнее восприятие кинореальности рядовым зрителем. «Намечается некий регресс в мышлении, так как клиповый или инкорпорированный тип мышления – это, по сути, первобытный тип мышления. Для первобытного мышления не существует признаков существенных и несущественных, так как не существует вообще различия между предметом и его признаками. Для такого мышления важно то, что дано сейчас в ощущении. Клиппинг образует свою сжатую до сиюминутности реальность, которая основывается на эмоциональной вовлеченности». Хотя Татьяна Шеметова сосредоточена на локальной теме, в ее статье происходит аналитический прорыв – так называемое «клиповое сознание», о котором так часто упоминалось в последние годы, исследуется и интерпретируется как часть сознания, сформированного обилием технических массмедиа, которые, в свою очередь, ведут к активизации первобытности.

Во многих других статьях тоже есть отсылы к древней культуре. Медийным трансформациям диалога, чья сущность «спрятана в глубинных онтологических основаниях человеческого бытия», этимологическим различиям диалога и коммуникации посвящена статья Ирины Мальковской «Неспособность к разговору» в культурном пространстве экрана: видеть, слышать и молчать». Размышление Евгения Дукова о праобразах Всемирной паутины оказывается невозможно без отсыла к культуре индейцев хопи. Анализ зеркальных способностей телевидения Юрий Дружкин предваряет рассуждением о «зеркало-подобных сущностях» в истории культуры, уводящих в сферу мифологии. Активизация элементов архаического сознания в эпоху электронных СМИ стихийно становится одним из лейтмотивов девятого выпуска «Науки телевидения».

Анна Яковлева рисует впечатляющий портрет современной сексуальности в статье «ТВ и Сеть как производители феномена politics sexy». Прослеживая эволюцию отношения к сексу в западном и в российском обществе, сосредоточиваясь на роли СМИ в создании устойчивых клише политической и финансовой успешности, независимый исследователь вскрывает логику появления образов сексуальных политиков, сексуальных бизнесменов. В целом же автор обнаруживает «регрессию российского сознания к сексуальности древних сообществ, когда вождь-правитель-колдун обеспечивал жизнь космоса в целом и общества в частности, выступал гарантом плодородия земли и людей». В статье широко представлены материалы российских СМИ последних десятилетий, что делает авторскую концепцию наглядной и убедительной. В подтверждении сексистской ориентации современной официальной культуры хочется добавить тот простой факт, что в наши дни на телевидении практически невозможно увидеть образы полноценной, самодостаточной сексуальности, которые не отсылали бы к образам купли-продажи, потребления каких-либо ценностей, осуществлению власти. Сексуальность выступает в большинстве случаев как символ чего-то совершенно другого.

Блок социологических исследований, пожалуй, можно назвать основным ядром альманаха. В статье Александра Шарикова «Законы телеаудитории: опыт эмпирических исследований», импонирующей своей непредвзятостью в отношении темы, автор задается вопросом, зачем люди смотрят телевизор. Любой из нас может импровизационно составить ответ, руководствуясь представлениями о массовом сознании и массовой культуре, подразумевая априори, что смотрение служит обретению каких-либо эмоций, впечатлений, высвобождению тех или иных фобий или представлений об идеале. Александр Шариков изучает варианты обращения людей к телевизору в различных социальных ситуациях и делает парадоксальный вывод: «основной является потребность включить телевизор, войти в виртуальное телевизионное пространство», «поведение общей аудитории телевидения инвариантно относительно содержания телеканалов».

Эти выводы чрезвычайно существенны для последующих исследований массмедиа, поскольку позволяют увидеть реальное место телевизора в современной реальности. Сегодня весьма часто рождаются поведенческие коды, которые внешне похожи на традиционное восприятие некоего предлагаемого контента. Однако на самом деле элементы такого восприятия не первостепенны. Если провести аналогичные исследования применительно к взаимодействию человека с сотовыми телефонами, смартфонами и прочими мобильными экранами, или же задаться вопросом, зачем современные люди ходят в кино, то, возможно, выявится феномен инвариантности аудитории относительно содержания многих носителей аудиовизуального контента. Что, впрочем, не отрицает существенности восприятия самого контента.

Ольга Савельева в своей статье «Телевизионная реклама и телевизионный контент» исходит из того, что фактически «реальным рыночным продуктом независимых электронных СМИ является не транслируемый аудитории контент, а возможность контакта с аудиторией, собравшейся для просмотра (прослушивания) контента». Стало быть, создание того или иного контента является опосредованной формой работы с аудиторией, поиска принципов вовлечения в телепросмотр тех или иных слоев населения. А усевшись перед телевизором для просмотра, допустим, определенного сериала, эти слои вынуждены будут заодно воспринимать и рекламу. Парадокс, с которым автор статьи не работает, заключается в том, что при всей доминанте коммерческих целей телевидения оно не может себе позволить их демонстрировать. Чтобы человек стал более активным потребителем, он должен получать от телевидения определенную «духовную пищу», «эстетический корм». И телевидение, совершенно не нацеленное на создание искусства, в большинстве случаев оперирует именно свойствами художественной материи – вымыслом, жанром, сюжетом, амплуа, символами и пр. Художественные формы представляют тот универсальный, востребованный язык, на восприятие которого настроены люди. Существование искусства в гигантской медийной среде, целью которой не является ни создание, ни даже трансляция искусства как такового, – тот парадокс, который нуждается в дальнейшем изучении и может привести к ряду неожиданных открытий.

То, как СМИ сегодня участвуют в формировании вкусов, личного стиля жизни и стиля развлечения рассматривается в статьях «Молодежная музыка и социализирующая функция СМИ» Е. Б. Борисовой, «Музыка и СМИ цифровой эпохи» А .В. Чернышева, «Телесмотрение как координаты стиля жизни» Е. С. Петренко и В. В. Каплун, «Феномен инфотейнмента на телевидении» Е. Богдановой.

Мы живем в ситуации, когда спонтанные впечатления от новых тенденций формируются гораздо быстрее и активнее, нежели ведется исследовательская работа. Несистематизированный эмпирический опыт нередко рождает мифологемы, которые в ходе исследований опровергаются. Статья Ольги Сергеевой «Люди “третьего возраста” в их движении от экрана к монитору» посвящена пожилым пользователям Интернета. На основе социологических исследований автор приходит к выводу о том, что вовлеченность людей пенсионного возраста в интернет-общение и потребление информационных ресурсов интернета гораздо выше, нежели принято полагать. Кстати, мифологема пожилой женщины или мужчины, не понимающих, как работает сотовый телефон или электронная почта, во многом сформирована в массовых развлекательных СМИ, чаще всего превращающих пожилых людей в остро комических персонажей. Впрочем, так было со времен рождения жанра комедии. Современный «эйджизм», то есть дискриминация по возрастному принципу, имеет свою долгую культурную историю.

Статья Евгения Дукова «Возможна ли настройка паутины?» завершает первый раздел и предваряет второй, являясь центром альманаха. Обрисовав траекторию развития интернета, исследователь формулирует одну из основных проблем современности – внутреннюю конфликтность соотношения досетевой и сетевой культур. «Эстетика постмодерна фактически стала основой идеологии всей сети, а сама она оказывает все более полным клоном всей досетевой культуры. Но одновременно она начала быстро накапливать новые свойства и новые знания. Но тут на авансцену вышел “казус времени”. Знания прошлого могут дать возможность все более быстрого наступления будущего. Но только если они встроены в иерархию времени. А если иерархии нет? И нет времени, потому что – что за время без иерархии?.. Человечество, благодаря сети, начинает терять вкус к длящемуся времени». Тем не менее, статья завершается вопросами об управляемости и гуманитарной составляющей Паутины, ответы на которые смогут появиться только в процессе длящегося времени XXI века. Можно предположить, что взаимоотношение человека с временным потоком, а также попытки ответов на заявленные в данной статье вопросы и окажутся решающими для гуманитарной науки в ближайшие десятилетия.

Будучи современниками стартующих новых процессов, ученые, представленные в «Науке телевидения», стремятся выявлять предысторию этих процессов, видеть их корни, и вместе с тем перспективу развития СМИ, радикально модифицирующихся прямо на наших глазах. Альманах воплощает позицию свидетеля и участника «сквозного действия» исторических закономерностей, связующих культурные явления отдаленных эпох, но и приводящих к деструкции некогда монолитных, целостных культурных пространств, структур, сообществ. Готовность ощущать пульс творящейся ежесекундно истории СМИ, частью которой остается телевидение, пронизывает все статьи альманаха, придавая научным текстам живой нерв и существенно корректируя наши представления о состоянии СМИ и современного общества.