РУССКИЙ    |    ENGLISH
Художественная культура


Электронное периодическое рецензируемое научное издание ISSN: 2226-0072

Сетевой дискурс как жанр: сценарий, режиссура, реквизит. Об одной из возможных стратегий в форумных дискуссиях

Сначала о том, чего в этом материале нет. Тут не обсуждаются сетевые арт-проекты, хотя это очень интересная тема, а также виртуальная личность модераторов сетевых форумов. Речь пойдет о том, что такое виртуальная личность рядового посетителя форумов Рунета и ее сетевой дискурс.

Дискурс — способ говорения, угол зрения, «очки», определяемые нами самими, сознательно или бессознательно. И следует отчетливо понимать до сих пор плохо понятый тезис Маршалла Маклюена, высказанный им в «Understanding Media»: «media is the message». То есть средство массовой информации и есть само сообщение, или, Уже, МЫ В МЕДИА и есть само сообщение. Отсюда особую важность обретает тема виртуальной личности, или самоидентификации в Сети.

Текст в виртуале несет вербальные смыслы — в чем иные видят ущербность виртуального общения, поскольку там собеседники не слышат, не видят друг друга и не способны воспринять чужой запах и вкус, — но также и смыслы невербальные. Кроме аватар и смайликов, которые могут и не использоваться юзером, тут всегда — принципиально — есть гипертекстовость, то есть отсылка к другим текстам (в широком смысле слова «текст», это не обязательно ссылки), вербальным, визуальным и пр., апелляция к предполагаемым известными аллюзиям и коннотациям. Сетевой дискурс гипертекстуален, но степень этой гипертекстуальности может быть разной: условно говоря, от использования в форумном сообщении «домашнего» прозвища или названия, типа «Лужок», или «Медвед», или «Пушка», требующих перевода для членов другого сообщества, до изощренных, наслоенных друг на друга культурных смыслов. А если виртуальная личность на форумах, кроме отмеченных особенностей, выстраивает себя и с помощью мультимедийности, т.е. включения в свои сообщения аудио- и видеоинформации, то образ требует еще более обширной интерпретации.

«В ситуации интерактивного общения посредством форума личность проявляет себя как текст, отождествляется с текстом <...> текст сам по себе, помимо вербальной, несет и большую невербальную нагрузку, исследованию которой посвящено множество работ, лежащих на стыке психологии, философии, лингвистики, культурологии и др. Поэтому изучение виртуального общения в рамках этой парадигмы кажется нам весьма перспективным» [4; выделено мною. — А.Я.]. Иначе говоря, слово (и свое и чужое), изображение которого воспринимается через монитор, воздействует слегка сходным с пиктограммой способом, но неизмеримо сильнее: оно объемнее, чем просто слово, даже письменное, поскольку в большинстве современных языков (языков в узком смысле слова) обозначающее никак не похоже на обозначаемое. Этот эффект можно сравнить с приемом, часто используемым актерами на творческих вечерах: сначала демонстрируются отрывки из фильмов с участием артиста, а потом он сам выходит на сцену, и тогда его появление воспринимается почти как чудесное — как сошествие к людям с экрана, из некоего верхнего мира, почти с неба, ибо картинка как бы воскресает волшебным образом. Напечатанное на бумаге дистанцирует текст и читателя (автора как читателя и собственно читателя) больше, чем написанное рукой; визуальное восприятие с монитора — больше, чем чтение напечатанного на бумаге; и принципиальна тут также публичность: опубликованное в Интернете может читаться потенциально неизмеримо большей аудиторией, чем опубликованное в бумажном формате, а этот факт придает совершенно особый привкус публикациям текстов в виртуальном пространстве. Эта дистанцированность сопровождается в восприятии «возгонкой» значимости текста, отчего и прекрасное содержание становится еще более прекрасным, и низкое, оскорбительное — еще более оскорбительным и низким, чем в реале. Иными словами, эффект слова, не только напечатанного, но и воспринимаемого с экрана, чрезвычайно мощен.

Традиционный для русской культуры логоцентризм, пройдя через горнило интернет-технологий, метаморфозами визуального виртуала лишь усиливается. Тем самым усиливается выраженность Я пользователя в виртуале — и только недоброжелатель назвал бы это карикатуризацией. Скорее, следует говорить о японском принципе: естественное делается еще более естественным (в отличие от китайского культурного принципа имитации, при котором высший класс — это когда один материал так искусно имитирует совсем другой, что на взгляд их различить невозможно), реально существующее оказывается еще более внятным, чем в реале. Каково общество, такова и его часть Сети — в данном случае Рунет. И социум в зеркале Сети обретает лишь более отчетливо выраженные черты. И, кстати, Сеть в данном случае исполняет одну из важных функций искусства, о которой писали многие авторы, — дает возможность почувствовать жизнь и себя в этой жизни более реальными, чем в повседневной реальности. Об этом парадоксе — когда требуется дистанцированность, чтобы по-новому, «более реально», почувствовать жизнь, — см., например, Ницше об эстетической дистанции зрителя при восприятии греческой трагедии: «Он видит больше и глубже, чем когда-либо» [4, с. 145]; или Шкловский: «И вот для того, чтобы вернуть ощущение жизни, почувствовать вещи, для того, чтобы делать камень каменным, существует то, что и называется искусством. Целью искусства является дать ощущение вещи как видение» [7].

Кроме своеобразной изобразительности, виртуальная речь по своей природе устно-письменная, сочетающая признаки той и другой. И тут хотя бы вкратце следует остановиться на методологии, принятой у большинства авторов, пишущих на эту тему, методологии, которая является центристской и дефицитарной по своим исходным принципам: выход юзеров в Сеть в отечественной виртуалистике чаще всего принято объяснять исходя из единого начала (в методологическом отношении это типичный редукционизм) и из недостаточности удовлетворения уже существующих потребностей старыми средствами. Примерно так: зачем люди выходят в виртуал? От недостатка — коммуникации, информации и пр. — в реале. В частности, считается, что игровое общение в Сети как бы компенсирует утраченное игровое детство, из которого, взрослея, люди вынуждены уходить, а «тоска по материнскому лону» остается и удовлетворяется сетевым образом.

Меж тем в международном ученом сообществе примерно с 1980-х годов все более утверждается мысль о том, что многие вещи следует объяснять не из недостаточности, а из избыточности1. К примеру, посуда как феномен возникает не от того, что пища перестала вдруг помещаться в выдолбленных тыквах и от недостаточной емкости тыквы люди были вынуждены перейти к посуде, а в связи с развитием социальной иерархии, которая потребовала своих символических форм. Тем более этот монодефицитарный принцип не слишком многое объясняет в отношении виртуальных гульбищ. Материальный носитель нового медиа может существовать довольно долгое время, не будучи востребованным социумом в целом для своих практических нужд, если нет новой общественной потребности, которая бы этот материальный носитель использовала в своих целях, — как флот существовал в Древнем Китае не для путешествий, географических открытий и ведения войн, а во славу Императора. И наоборот: Сеть, изначально предназначенная для военных нужд, очень быстро завоевала мир безотносительно к ним. Поэтому несправедливо было бы выводить все сетевое общение из дефицита общения реального. Сетевое общение — это коммуникация другого качества, это другой дискурс, мало похожий на привычные типы коммуникации. Ведь телевизор изобрели не потому, что радио слушали мало: как известно, «радио есть, а счастья все нет». Иначе прав был бы персонаж известного романа: «Разве уж и пьес не стало?.. Какие хорошие пьесы есть. И сколько их! Начнешь играть — в двадцать лет всех не переиграешь. Зачем же вам тревожиться сочинять?»

Однако именно к недостатку коммуникаций в реале, недостаточной возможности осуществить себя, свое Я в объективной действительности и недостаточному использованию прежних медиасредств чаще всего и возводят генезис виртуальных личностей, их специфику и природу потребности в создании таковых: «...нередко наблюдается такой специфически «интернетовскийˮ психологический феномен, как создание сетевой идентичности, отличающейся от реальной, т.е. презентация себя с включением произвольно отобранных, неточных или даже вымышленных элементов. Подобная возможность обусловлена <...> базовыми особенностями общения в Сети <...>: анонимностью, физической непредставленностью, нерегламентированностью поведения и др.» [6].

Это далеко не во всех случаях так. Американские исследователи показали, что «личность человека в социальных сетях, вопреки распространенной точке зрения, мало чем отличается от его личности в реальной жизни» [1]. Кроме того, для достоверного разыгрывания совсем разных ролей на протяжении достаточно длительного отрезка времени (как это бывает в социальных сетях или у постоянных участников форумов) нужно иметь, во-первых, желание, во-вторых, профессиональные навыки, близкие актерским.

Тем не менее отечественный исследователь продолжает: "По нашему мнению, ключом к пониманию причин появления данного феномена является следующее положение (тезис): «Существует круг личностных проблем и фрустрированных потребностей, удовлетворение которых в интернет-реальности облегчено по сравнению с нормальной жизньюˮ <...> Создание виртуального «Яˮ осуществляется как раз для того, чтобы, пользуясь им в виртуальной реальности, решить проблемы, не решенные в реальном социуме, и удовлетворить потребности, фрустрированные в реальной действительности» [6]. Очевидно, это справедливо для пользователей, посещающих отдельные виды ресурсов, а именно порносайты и информационные порталы. Компенсаторная функция у сетевого общения есть, но она совсем не исчерпывает смысла сетевой коммуникации.

И еще раз: виртуальная личность и есть само сообщение. Ее история начинается вовсе не с появлением Интернета. Исследователи отмечают, что происхождение виртуальной личности связано с такими феноменами и образами почтенного возраста, как призраки, фантомы, двойники, куклы, гомункулусы, тень. Но в отличие от своих литературных прототипов, которые, как кажется, генетически ближе всего к виртуальной личности, последние складываются и формируются во взаимодействии автора и читателя, они интерактивны наглядно и по определению. В связи с этим интересно исследование, в котором, в частности, различаются тип виртуальной личности, каковой сложился на европейских и американских ресурсах, и тип виртуальной личности в Рунете: «В западной литературе ВЛ (виртуальная личность. — А.Я.) часто трактуется в рамках концепции социальных ролей <...> и предстает как частный случай рационального «управления идентичностямиˮ <...> Такой подход в целом чужд русскому Интернету, где виртуал — это, как правило, художественный проект, протуберанец творческой энергии, спонтанная театральная выходка, а не расчетливое предприятие по имиджмейкингу. Русский виртуал и западная virtual identity зачастую оказываются по разные стороны рампы» [2; выделено мной. — А.Я.].

То есть западный дискурс сопротивляется децентрации, современному тренду мышления, а российский — напротив: возможно, это связано с традиционной мощью индивидуального начала в западном менталитете и с атомарностью, склонностью к анархии и литературоцентричностью в нашем: «виртуальные личности в России имеют отчетливо литературный генезис», «ближайшими литературными аналогами ВЛ являются персонаж и лирический герой. Однако ВЛ не есть чисто литературный феномен; возможность взаимодействия разных ВЛ в рамках единого мира (киберпространства) является отличительным признаком этой формы творчества» [2].

Сеть — по определению децентрированный объект. М. Маклюен отмечал, что мы становимся тем, на что глядим, и уж, конечно, тем, в среде чего мы существуем. Имея в виду интерактивность виртуальной личности, казалось бы, можно было сказать, что в этом смысле автор действительно почти умирает — но! Собственно, как и при восприятии спектакля, одно дело — что хотел сказать автор своим произведением, другое — что именно сказалось, третье — что вычитали из него или вчитали в него партнеры по коммуникации (карнавалу).

При децентрации исчезает априорно принятая конструкция «первичности» («первичности» Эго, или бессознательного, или рацио, или человека как центра вселенной, или содержания по отношению к форме и пр.) [3], то есть подтверждается принцип интерактивности субъекта, принцип субъект-субъектных отношений при формировании дискурса и самóй виртуальной личности.

И эти замечания о принципиально иной методологической парадигме, настоятельно требующей внедрения в обиход ученых, совсем не исчерпывают проблемы: об устарелости ньютоновско-механистического объяснения мира и принципиально новом объяснении генезиса сложных систем, о партнерстве, а не соподчинении таких категорий, как необходимость и случайность, большое и малое, слабые и сильные флуктуации систем, о значимости нелинейного типа развития сравнительно с линейным писал еще Илья Пригожин, к работам которого, и прежде всего к книге «Порядок из хаоса», следует отослать тут читателя, интересующегося таким основополагающим методологическим конструктом, как причинность. Развлекательности в чистом виде, как и искусства, в Сети много (ресурсы, специализирующиеся на анекдотах, прозе, поэзии, тостах, играх), но очевидно, что и во всех других формах сетевой коммуникации она растворена в симбиозе, всегда присутствует: в чистом виде в виртуале не существуют ни информативная, ни терапевтическая, ни коммуникативная функции.

Форумное общение как жанр ближе всего к хэппенингу, или перформансу, или уличному театру. Объектом творчества является сам «сценарист» (реальное Я творит свое виртуальное Я, которое таким образом становится если не произведением искусства, то произведением творческой деятельности точно), но объектом творчества становятся и другие участники акции, они же — субъекты. Сценарий может задумываться лишь в самых общих чертах, ибо неизвестно, кто, в какой момент развития действия и с какой репликой появится «на сцене», потому что и сцены тут нет, что сближает этот тип коммуникации с карнавалом. Режиссура осуществляется по ходу действия, реквизит может быть придуман заранее, но и обнаруживаться в зависимости от поворотов сюжета. Такие стратегии могут выглядеть своеобразным видом искусства и по художественной природе самого виртуального «сценариста» (ВЛ как продукт творчества), и по типу используемых методов (перформанс-хэппенинг), и по предъявляемому материалу (реквизиту). Автору доводилось видеть, например, как в процессе обсуждения на форумах в качестве провокации и для интонирования реплик использовались проработанное фотошопом изображение Давида Микеланджело — в этом варианте оно выглядело как фотография живого мужчины — и репродукция картины, хранящейся в Русском музее, в связи с чем сценаристы и режиссеры обвинялись в пропаганде порнографии и тема приобретала совсем новый поворот. В Приложении приводится текст одного из сценариев, спонтанно разыгранный в процессе обсуждения серьезной темы.

ПРИЛОЖЕНИЕ

Тема форумного обсуждения: «Х — Швондер наших дней».

Все ники участников изменены.

Мизансцена происходит в тот момент, когда вместо анализа текстов документов начался «переход на личности». Использованная стратегия позволила «выпустить пар» и вернуть дискуссию, хотя бы на время, к разговору по существу. Кроме того, такие стратегии способны как создавать репутации на форумах, так и разрушать их. В частности, выяснилось, что только два дискутанта (не считая «Сценариста») опознали использованные цитаты: участники, декларировавшие себя «патриотами», русскую классическую литературу не знают, зато ее знает модератор и молодой гражданин Израиля с русскими корнями («Аарон»).

ОКТЯБРИНА: Надеюсь, вы «как преподаватель ряда вузов» не станете отрицать разницу между идеологией и фактологией и согласитесь, что использовали сейчас демагогический прием подмены понятий. Не так ли?

СЦЕНАРИСТ: Не так. Еще матрос Швандя говорил мудро: это не факт, а на самом деле

МОДЕРАТОР: Надо же, кто-то еще помнит Швандю.

ЗАРУСЬСВЯТОВСКИЙ (пытаясь продолжить разговор по существу): Вот вам вполне конкретные подписи (предъявляет документы, подписанные никому не известными лицами: с протестами по трактовкам истории выступают имярек электрик, имярек программист, имярек доярка).

СЦЕНАРИСТ: Да-а-а-а-а-а-а-а. Рязанское колхозное крестьянство выражает свой решительный протест против вкладывания денежных средств в продажную деффку имперьялизма. Весь народ как один клеймит буржуазных выкормышей!!!

ОКТЯБРИНА (реакция на упоминание Шванди): Понятно.

Песенка «У попа была собака» и присказка про Емелю и его неделю.

ЗАРУСЬСВЯТОВСКИЙ: «Рязанское колхозное крестьянство» несколько... э-э-э... повысило свой образовательный и культурный уровень и пользуется Интернетом.

СЦЕНАРИСТ (Октябрине): Нет, вы не прозрели всей глубины мысли Шванди. Фактом считается то, что диктует идеология, — или, говоря научным языком, та или иная парадигма. (Зарусьсвятовскому) Позвольте вам не позволить. Образовательный и культурный уровень населения не связан с Интернетом. Интернет в наших условиях — это по большей части вот та-а-а-а-акой длинный забор, на котором известные персонажи пишут вот та-а-а-а-акое известное слово из трех букафф.

АГЕНТ 007 (Сценаристу): Оп-па. Вы что-то имеете против пролетариата?

СЦЕНАРИСТ: Да! Я не люблю пролетариат!

АГЕНТ 007: А если и он вам ответит взаимностью? Это ж такое дело: ты плюнешь в коллектив — коллектив утрется, коллектив плюнет в тебя — утонешь. А кушать чего будете, не любя крестьян? А ездить на чем? Роботы пока не настолько универсальны.

ПРОХОЖИЙ (процитировав пассаж о Шванде): «В действительности все выглядит не так, как на самом деле» С.Е. Лец.

ОКТЯБРИНА (Сценаристу, на реплику «Я не люблю пролетариат»): Это чепуха! Хуже, если он вас не полюбит. Вот то будет парадигма.

МОДЕРАТОР (отвечая Прохожему про Леца): Лец сплагиатил это у Тренева, как выясняется.

СЦЕНАРИСТ (Агенту 007 на реплику «А если он вам ответит взаимностью?»): А не надо взять несколько журналов в пользу голодающих детей Франции? По полтиннику штука?

РУССКАЯ ЖЕНА ЗАМОРСКОГО ГОСТЯ (реакция на реплику Сценариста «Я не люблю пролетариат»): Ух ты, как сильно... чем же пролетариат вам так насолил в вашей научной деятельности?

СЦЕНАРИСТ (Модератору на реплику о Треневе и Леце): Да, эта штука будет посильнее Фауста Гете

РУССКАЯ ЖЕНА ЗАМОРСКОГО ГОСТЯ (на реплику Сценариста о «журналах в пользу голодающих детей Франции», намекая на недавнюю высылку нелегалов из Франции): Там и лебеди голодают, вместе с остатками цыганского табора, хлебушка не пошлем ли?.. Пролетариат человек не любит и шлепает по клавишам, котoрыe пролетариат собрал, и на стуле сидит, который тоже собрал пролетариат... Хорошо пользоваться тем, что делают рабочие, и не любить их за это.

АГЕНТ 007 (Сценаристу): Вы увиливаете от ответа на вопрос: а кто же вас собственно кормит и одевает?

МОДЕРАТОР: На этот раз — феерия начитанности. AАРОН: Вы не поняли. Пролетариат в данном контексте — это вы. А рабочий к контекстному «пролетариату» никакого отношения не имеет. Классику нужно знать, однако. Вы с совершенно чистой совестью можете сходить к пролетариату и объявить ему о том, что он (пролетариат) освобождается от непомерных нагрузок в связи с «кормлением и одеванием» Сценариста. Полагаю, что Сценарист не будет против.

СЦЕНАРИСТ: Так ведь Зарусьсвятовский утверждает, что Интернет повысил там чегой-то. Вот ему иллюстрация сходу, не отходя, тэскть, от кассы.

ОКТЯБРИНА: Да ладно! Цитаты надо брать в кавычки, это знает даже деревенский школьник, а уж заслужЁнный работник писчебумажного фронта тем паче.

ПРОХОЖИЙ: Они сочиняют российский язык.

МОДЕРАТОР: Кто сочиняет российский язык?

ААРОН: Пролетариат, очевидно. В перерывах между кормлением и одеванием всего населения России. ...Я сейчас лопну! Свидетелем такого абсурда я давно не был.

СЦЕНАРИСТ: Этот «пролетариат» имеет к Булгакову самое непосредственное отношение. Люди не считывают классические цитаты, а берутся учить наукам и искусствам, как и что кавычить.

Цитата:

"В двенадцать часов приехал "новый заведывающийˮ.

Он вошел и заявил:

— Па иному пути пайдем! Не нады нам больше этой парнографии: «Горе от умаˮ и «Ревизораˮ. Гоголи. Моголи. Свои пьесы сачиним».

http://lib.ru/BULGAKOW/manzhety.txt

ОКТЯБРИНА: Теперь верю! Таки профессор. Таки парадигма из парадигм, если говорить научным и культурным языком, каким не говорят колхозники Рязанщины и герои Булгаковщины.

СЦЕНАРИСТ (нежно): Станиславский вы мой

Эпилог

Модераторы форума сделали предупреждение Сценаристу и пригрозили ему баном, поскольку Сценарист нарушил правила оформления цитат: или не закавычивал их вовсе, или использовал кавычки, а не тэги quote, как требовали Правила данного форума, что, впрочем, оказалось совсем не обязательным для всех остальных участников. Аарон, приехавший в Россию изучать страну, покинул ее до окончания срока пребывания, заявив, что боится сойти с ума, поскольку россияне одновременно чудовищны и прекрасны, но что такое русский менталитет и как в России могут жить люди, понять невозможно, — выразив, однако, горячую надежду на то, что они выжить все же смогут и он когда-нибудь вернется в Россию, эту Страну чудес, родину своих предков.

Занавес.

Примечания

  1. В философии эта мысль стала известна по меньшей мере со времен Ницше: «Одним из коренных является вопрос об отношении греков к боли, о степени их чувствительности оставалось ли это отношение всегда себе равным, или оно перекинулось в обратное? Тут вопрос в том, действительно ли их все усиливавшееся стремление к красоте, к празднествам, увеселениям, новым культам выросло из недостатка, лишения, из меланхолии, из чувства боли? Ибо, предположив, что это именно так, а Перикл (или Фукидид) дает нам это понять в великой надгробной речи, в чем могло бы в таком случае иметь свои корни противоположное стремление, по времени проявившееся раньше, стремление к безобразному, добрая строгая воля старейших эллинов к пессимизму, к трагическому мифу, к образу всего страшного, злого, загадочного, уничтожающего, рокового в глубинах существования, в чем могла бы иметь свои корни трагедия? Быть может, в удовольствии, в силе, в бьющем через край здоровье, в преизбытке полноты?» [Ницше].

Список литературы

  1. В сети человек ведет себя так же, как в реальной жизни? [Электронный ресурс]. URL: http://www.health-ua.org/news/6819.html.
  2. Горный Е.В. Виртуальная личность как жанр творчества [Электронный ресурс]. URL: http://www.netslova.ru/gorny/vl.html.
  3. Ильин И.П. Децентрация // Ильин И.П. Постмодернизм. Словарь терминов [Электронный ресурс]. URL: http://terme.ru/dictionary/179/word/%C4%C5%D6%C5%CD%D2%D0%C0%D6%C8%DF/.
  4. Ницше Фридрих. Рождение трагедии, или Эллинство и пессимизм [Электронный ресурс]. URL: http://lib.rus.ec/b/153204/read.
  5. Чеботарева Н.Д. Интернет-форум как виртуальный аналог психодинамической группы [Электронный ресурс]. URL: http://www.follow.ru/article/181.
  6. Шабшин И.О. Психологические особенности и феномены коммуникации в Интернете [Электронный ресурс]. URL: http://zhurnal.lib.ru/s/shabshin_i_i/internet.shtml.
  7. Шкловский В.Б. Искусство как прием [Электронный ресурс]. URL: http://fictionbook.ru/author/viktor_borisovich_shklovskiyi/o_teorii_proziy/read_online.html?page=1.